По Фейербаху, Бог есть только «зеркало человека». В молитве мы обращаемся к собственному сердцу, чудо для нас это только наши реализованные сверхъестественные желание, а христианские догмы – осуществившиеся стремления сердца. Бог, этот внутренний образ, выражающий сущность человека, и зависящий от глубины мысли человека, принципов организации и отношения к ценности своей жизни. Определения Бога, пусть и различного по содержанию, это Отчуждённая и Объективированная Абстрактная сущность самого человека, символическое изображение человеческих качеств, и, по сути, Лишь историческая квалификация бытия индивида. Человек выносит свое бытие вовне, созидая образ божества, для того, чтобы в дальнейшем найти его (бытие) в себе, подобно тому, как через зеркало мы познаём свой собственный облик. Это «возвращение к самому себе есть открытое признание того, что сознание Бога – это сознание человеческого вида». («homo homini deus est»). Подобные рассуждения позволили сделать Фейербаху вывод о том, что сущностным ядром любой религии выступает человек, а теологического исследования антропология.

«Самоотчуждение», создание человеком Бога, происходит в силу того, Что природа бесчувственна к страданиям, страхам людей, и в религии страждущие находят некоторое облегчение. В Боге сосредоточены наши надежды, ставшие для нас реальной «блаженной» определенностью. «Глухота» природы к боли человека, подталкивает его к поиску забвения внутри своей души, к бегству из чувственного мира, так как страдание ищет выхода, что и становится толчком к созданию «внеприродной» сущности – Бога. Поэтому «Бог – это слеза любви, упавшая в самую потаенную глубь человеческой души, где покоится тайна ее бессилия и ничтожества».

Таким образом, Фейербах, вместо «недоступного Бога», создает иную божественность – человека в крови и плоти, которому он «отдаёт» те качества, которые религия приписывала Богу. На первое место выдвигается любовь, не во имя Бога, а во имя человека. Поэтому и основой «Нового Гуманизма» Фейербаха становится стремление к человеку не верующему, а думающему, не молящемуся, а работающему, не стремящемуся в занебесье, а изучающему мир посюсторонний, не к христианству, где человек полуживотное и полуангел, а к естественнонаучному видению индивида, в котором индивид предстанет во всей своей действительной онтологической полноте.