поэтому не требует объяснения причин своего происхождения. Также утверждалось, что вечное и бесконечное, в том числе и движение, не имеет начала, а причина и есть начало и спрашивать о причине то же самое, что искать начало бесконечного – то есть абсурд. Атомисты выделили три формы движения: 1) хаотично рассеивающееся; 2) вихреобразное, побуждающее похожие атомы соединяться, а отличные разъединяться, что в результате приводит к рождению миров; 3) движение атомов, образующих испарение вещей, типичный пример которых запахи.

2) Необходимость и случайность. Атомисты одними из первых используют понятие причина, и обращаются к причинно-следственным объяснениям происходящего. Они утверждали, что не только Ничто не может возникнуть из ничего так, как всё имеет свою материальную основу, но и само Возникновение не может произойти без причины. То есть, причина появления объекта отделяется от его субстанциональной основы, и не сводится к какому-то конкретному элементу. Причина понималась ими механически, как «сопротивление, движение, удар материи». Также она утрачивает значение «одухотворённости», «разумности», и приобретает, главным образом, стихийный характер, отождествляется с природой не управляемой божественной волей.

Необходимость изначально действует во всём мире. Поэтому исключается случайность, как состояние отсутствия причины. Даже при беспорядочном движении атомов существует закономерность притягивания подобного к подобному, управляющая движением, создаются закономерные вихри атомов. Случайность же признаётся как нечто противоположное целесообразности. При этом отрицалось утверждение, что всё появляется ради некой изначально предназначенной цели. Поэтому Демокрит, прежде всего, ставит вопрос, почему возникает явление, а не для какой цели. (Следует отметить, что атомистам приписывают введение «случая» как философской категории, но её разработку следует отнести не к Демокриту, а Эпикуру. Именно он, благодаря «клинамену», показывает, что случайность оказывает активное влияние на образование не только отдельных вещей и целых миров, число которых бесконечно и многообразно. Но Эпикур не абсолютизирует случай. Он отмечает, что несмотря на постоянное движение, умирание и рождение миров, « в целом ничего не меняется», то есть закономерности, элементы и их комбинации, формирующие Вселенную остаются постоянными, позволяя возможности воплощаться в действительность. В основе подобных процессов нет никакого разума, замысла, целей, и даже необходимости).