Это воспламенение стоило Кюхельбекеру десятилетним тюрем­ным заключением в Петропавловской, Шлиссельбургской, Динабург - ской, Ревельской, Свеаборгской крепостях и десятилетней ссылкой в Сибирь: Баргузин, Акша, Курганский уезд, Тобольск, где он и умер в 1846 г., мучимый чахоткой, слепотой, глухотой, бедностью... На допросе, во время следствия, он признался, что главной при­чиной, заставившей его принять участие в тайном обществе, была скорбь его об обнаружившейся в народе порче нравов, как следствии угнетения. Фамилию самого А. А. Дельвига (1798-1831) мы находим в «Ал­фавите декабристов». Дело этого члена преддекабристской организа­ции «Священная артель» и литературного общества «Зеленая лампа» «высочайше повелено было оставить без внимания». Бесстрастный секретарь фиксирует в «Алфавите» фамилию еще одного лицейского: В. Д. Вольховский (1798-1841) - в ту пору капитана гвардейского Генерального штаба. Спустя двенадцать лет после де­кабрьских событий один из современников скажет о нем: «...я видел перед собою лицо заслуженного начальника штаба того же скромного, безукоризненного, деятельного слугу отечества, каким он во всю жизнь, каким готовился быть с самого начала своего трудного попри­ща.

...Все видели в нем мужа, с истинными достоинствами и с правом стоять в ряду мужей, описанных Плутархом».

Членство в «Священной артели», Союзе спасения, Союзе благо­денствия, участие в совещаниях у И. И. Пущина и других членов тайно­го общества - «все это было оставлено без дальнейшего действия», но о том, как сложилась дальнейшая жизнь этого золотого лицейского медалиста, мы хорошо знаем.

[76]